Читаем без скачивания Святой убийца [litres] - Николай Иванович Леонов

растаяла, и версию, что Быковская и Киреев были связаны с одним человеком, который мог быть убийцей или оказаться знакомым с киллером, теперь можно было выбрасывать на помойку. Единственной пользой от этого разговора стало то, что бывший заместитель мэра оказался взяточником, и сомневаться в этом больше не приходилось. И снова приходилось начинать практически с нуля. Правда, на этот раз была одна твердая зацепка – крестик на виске жертв, – которая тоже пока никуда не вела.

Всю дорогу до Главка сыщик продолжал ломать голову над вопросами, ответов на которые не находил. Что может означать крестик на висках жертв? Причем такой, какие обычно чертят в игре «крестики-нолики»? Почему убийца оставлял его на виске и именно на правом? Почему серийник выбрал жертвами именно этих людей, у которых общее было только одно – отсутствие врагов? И еще, как он вообще находит свои жертвы? Ведь если Быковскую еще можно было обнаружить в интернете, то Киреев был абсолютно закрытым человеком, соцсетей он не вел. Гуров подумал, что изучение новых материалов, которые наверняка найдут аналитики, позволит получить ответы хоть на какие-то из этих вопросов. Однако до Главка доехать ему вновь было не суждено. Когда до ведомства оставалось несколько кварталов, зазвонил телефон. Сыщик ответил на звонок.

– Лёва, кажется, я нашел твоего Снегирева, – раздался в трубке довольный голос Стаса.

– С чего ты так решил? – поинтересовался сыщик.

– Я сегодня взялся проверить всех Снегиревых, которые имели судимость, – ответил Крячко. – Один Геннадий подошел идеально. Он отмотал срок за нанесение тяжких телесных повреждений.

– И почему ты решил, что это он? – Гуров не любил, когда Станислав, подчеркивая значимость собственной работы, растягивал ответ на простой вопрос, заставляя собеседника побыть в ожидании, но терпеть такую манеру друга все же приходилось.

– Его место жительства, – улыбнулся в трубку Стас. – Угадай адрес его последнего места регистрации.

– Стас, заканчивай ерундой заниматься и говори по существу, – устало ответил Гуров. – Не готов я сейчас детскими играми заниматься.

– Печатников переулок, дом 19 с 1, – перестал паясничать Крячко. – Место прописки Лауры Ратас.

– Вот как? – немного удивился сыщик, хотя и раньше в подсознании предполагал, что такое возможно. – Я недалеко от Главка, подтягивайся к дому Ратас.

– Я уже тут, – ответил Стас. – Сначала решил один к ним сходить, а потом подумал, возможно, тебе знакомство с этой семейкой тоже будет интересно.

– Молодец! – с улыбкой похвалил друга Гуров. – Минут через пятнадцать-двадцать буду у тебя.

– Жду, – отрапортовал Крячко и тут же воскликнул: – Опа! А я пока Ратас задержу. Похоже, она на работу сваливать собралась.

– А ты ее откуда знаешь? – удивился сыщик.

– Нашел в соцсетях! Ладно, некогда мне, – ответил Стас и отключил связь.

Когда Гуров добрался до нужного места, Ратас и Крячко уже сидели в его машине. Эстонка выглядела очень напряженной, хотя и пыталась сохранять внешнюю невозмутимость, что ей плохо удавалось. Видимо, за бизнесвумен все же числились какие-то грешки, а Стас не рассказал женщине, что полицейским в настоящий момент от нее нужно. Вот она и ломала голову, чем обернется неожиданная утренняя встреча с сотрудниками полиции. А Крячко, как обычно, валял дурака и напропалую балагурил.

– Полковник Гуров, – представился сыщик, открывая переднюю пассажирскую дверь машины Крячко, где сидела Ратас. – У нас к вам есть несколько вопросов. Предлагаю на выбор место, где мы можем вам их задать: либо поднимаемся в вашу квартиру, либо едем в Главк. Что предпочтете?

– Мне вообще-то на работу нужно, – слегка растягивая слова, попыталась избежать расспросов Лаура.

– Этот вариант станет доступен после того, как мы с вами пообщаемся, – покачал головой сыщик. – Если необходимо, можете позвонить своим сотрудникам и сообщить, что немного задержитесь. А теперь еще раз спрошу: поднимемся к вам в квартиру или поедем в Главк?

– Идемте ко мне, – все еще пытаясь казаться спокойной, ответила Ратас и, выйдя из машины, достала телефон. – Так мне можно позвонить?

– Конечно-конечно, – улыбнулся Гуров.

Не оглядываясь на сыщиков, эстонка пошла к подъезду, набрав на телефоне какой-то номер и отдавая короткие, но четкие распоряжения. Гуров невольно залюбовался ей. В отличие от Ряжевской и сотрудников кафе убитой Быковской, эстонка, в свои сорок с небольшим лет, выглядела очень эффектно. Точеная фигурка, ухоженное лицо, длинные ноги и эффектная походка. В целом чувствовалось, что эта женщина любит привлекать к себе внимание мужчин и получает удовольствие, ловя на себе восхищенные взгляды. До Марии она, конечно, недотягивала, но тем не менее…

Когда Лаура открыла дверь своей квартиры, расположенной на последнем этаже, Крячко осторожно отодвинул ее, не дав войти первой. Женщина ошарашенно посмотрела на него, но сопротивляться не стала. Сыщики надеялись, что искомый ими Снегирев окажется внутри, но квартира была пустой – мужчины там не было. Пока Гуров придерживал Ратас у дверей, Крячко быстро осмотрел комнаты, а потом дал знак войти, убирая пистолет в заплечную кобуру.

Собственно говоря, осмотр жилища эстонки занял у Стаса лишь несколько секунд, поскольку помещений в ней было немного. Ратас сделала перепланировку, превратив стандартную квартиру в студию, где все, за исключением спальни и ванной комнаты, находилось в одном помещении. Даже окна эстонка поменяла, поставив вместо обычных французские – во всю стену. Выглядело это очень по-европейски, хотя и Стас, и Гуров почувствовали себя неуютно в такой непривычной обстановке.

– Разрешите узнать, кого вы тут ищете? – уже не скрывая легкого недовольства, поинтересовалась эстонка.

– Где ваш сожитель Снегирев? – ответил вопросом на вопрос Гуров.

– Ах, вот кто вам нужен! – натянуто, с легкими нотками облегчения улыбнулась Ратас. – Вот только помочь в его поисках я не могу. Около недели назад мы поссорились, и я его выгнала.

– И где он может быть? – задал новый вопрос сыщик.

– У своих друзей-уголовников, наверное, – пожала плечами Лаура. – Мне откуда знать? Я ему не звонила. Он пытался пару раз позвонить, но я не стала отвечать.

– И часто вы ссоритесь? – внимательно посмотрел на нее Крячко, вступив в разговор.

– Первые три года было все идеально, – чуть поморщившись, ответила женщина. – А последний год – часто. Видимо, правы были психологи, когда утверждали, что четвертый год совместной жизни – самый кризисный. И те, кто сможет его прожить, не расставшись, потом гарантируют себе долгую и счастливую совместную жизнь. У нас, похоже, этого не получится.

– Значит, когда Снегирев разборки Кирееву устраивал, вы еще только-только вместе жить начали? – Сыщик буквально ошарашил ее этим вопросом. – Именно поэтому вы о нем в показаниях по уголовному делу ничего не говорили?

– Да, – растерянно проговорила Ратас, переводя взгляд с одного сыщика на другого. – К тому же я опасалась, что его уголовное прошлое может навредить делу. А откуда вы знаете про разборки? Киреев пожаловался? Но почему? Ведь уже столько лет прошло…

– Киреев уже никому и ни о чем не пожалуется, – максимально жестким тоном, решив сыграть злого полицейского, проговорил Стас. – Его убили. И мы подозреваем, что это мог сделать ваш сожитель. Кстати, как я понимаю, алиби ему вы обеспечить не сможете?..

– Гена убил Киреева? Да чушь все это! – неожиданно вступилась за сожителя Лаура. – Он, конечно, вспыльчивый человек и даже подраться может, но убить?! Это невозможно! К тому же столько лет прошло. Мы уже об этом деле с Киреевым даже не вспоминали.

– Вы, может, и не вспоминали. Но вашего сожителя, как я понимаю, теперь уже бывшего, ранее посадили за причинение тяжких повреждений, – так же жестко проговорил Крячко. – Откуда вы знаете, что у него в голове творится? Может быть, он посчитал Киреева и его тогдашний поступок причиной плохих отношений между вами и решил наказать виновника.

– Да чушь это! – горячо воскликнула эстонка. – Не может такого быть! Никогда в это не поверю…

И в этот момент раздался звонок в дверь. Стас, посмотрев на Ратас, прижал палец к губам, призывая ее к молчанию, и осторожно, стараясь не производить ни единого звука, пошел к выходу из квартиры. На полпути до двери он достал из кобуры пистолет, и Гуров тоже положил ладонь на рукоять оружия, придвинувшись чуть ближе к эстонке.

– Гена, если это ты, беги! Тут менты! – неожиданно писклявым голосом истошно заорала Ратас, когда Станиславу оставалось до двери несколько шагов. – Беги, Гена, беги!

На лестнице раздался топот тяжелых башмаков, и Стас, уже не таясь, метнулся к двери. Он рассчитывал открыть ее одним рывком, но замок